«Немое кино»  – это обозначение кинематографа, существовавшее первые десятилетия его длинной истории, когда фильмы демонстрировались без записанного звука. В то время отсутствие необходимого технического оборудования для записи синхронного с изображением звука стали наиболее важным обстоятельством, определившим художественную специфику кинофильмов данного периода, тогда как остальные ограничения, среди которых и отсутствие цвета, оказались не такими принципиальными (так, например, первые детские автокресла britax не отличались особо красочным дизайном и огромным количеством функций, поскольку упор, прежде всего, делался на обеспечение безопасности ребенка при движении).
Надо сказать, что полное отсутствие в немом кино звучащей речи стало значительным  катализатором поиска новых путей и возможностей создания изобразительного ряда. Именно за счет этого ограничения и сложилась так называемая «немая» школа изложения сложного сюжета при помощи средств монтажа, возникли титры, а основной актёрской игры стала пантомима.
В начале 1920-х годов «немое кино» приобрело широкий набор художественных средств, которые и обусловили параллельное развитие сразу нескольких направлений кинематографа: так, наиболее принципиальными и влиятельными оказались немецкий киноэкспрессионизм, представленный такими именами как Ф. Мурнау, Ф. Ланг, П. Лени,  американская повествовательная школа во главе с Дэвидом Гриффитом и Томасом Инсом, а также советская школа документально-художественного кино (Дзига Вертов).
Специфическая особенность немых фильмов состоит в использовании титров (интертитров), представляющих собой текстовые вставки, которые давали пояснения к  сюжету, воспроизводя реплики персонажей, а также комментируя происходящее для аудитории. Надо сказать, что титры появились в немом кино не сразу, а функция их постепенно существенно менялась. Титры использовались в качестве заглавия монтажных частей, замены звуковой речи, средства изложения сюжета или связывания отдельных сюжетных линий и фрагментов. По истечению времени титры стали эстетически важной частью фильма, они оформлялись специальным образом и организовывались со всем остальным материалом.
По мере увеличения художественных средств в то время популярного немого кино появилась уникальная возможность создавать полнометражные картины без интертитров, что было характерно, в первую очередь, для немецкой «камерной драмы», ярким примером которой стала картина Мурнау «Последний человек».
В целом как изобразительные, так и художественные возможности немого кино являлись очень высокими. Но, несмотря на это, бытует ошибочное мнение, что немые картины примитивны и сегодня не представляют интереса для современного зрителя. Причина распространения данного заблуждения состоит в том, что немые фильмы в ХХ веке зачастую демонстрировались на специально повышенной скорости (так, фильмы, которые были сняты со скоростью 16 кадров в секунду, демонстрировались со скоростью 24 кадра в секунду), а также то, что большая часть сохранившихся немых фильмов дошла до нас в неудовлетворительном техническом состоянии. Звук стал неотъемлемой частью кинопоказа только в 1920-х годах, когда на территории США, Германии, а также СССР были созданы подходящие для широкого применения системы звукового сопровождения кинокартин. Эпоха смелых экспериментов в кинематографе осталась позади. Начинался век звукового кино.
Однако, каким бы «примитивным» не казалось немое кино для несведущих зрителей, в нем и по сей день остается какая-то ничем необъяснимая притягательность. Немое кино всегда ассоциируется с эпохой безумного романтизма и декаданса. И пусть ленты времен немого кино были в технологическом плане несовершенны, зато в самых первых фильмах не существует штампов и стереотипов, которые появляются лишь у тех, кто следует по чьим-то следам. Так, всегда с особым теплом и нежностью мы вспоминаем деревянные детские колыбели и самодельные качели, на смену которым пришли кресла-качалки, электронные качели, роскошные автокресла детские.
Следует отметить, что в отличие от современного звукового кино, задачей немого кино являлась передача актерами полного спектра человеческих эмоций без использования слов. А это под силу исключительно одаренным и талантливым людям, ведь высшее мастерство актера – это когда зритель верит ему как самому себе, переживая все происходящие перипетии на сцене или на экране вместе с героем произведения. Такие звезды немого кино как Вера Холодная, Грета Гарбо, Пола Негри могли виртуозно передать горе и счастье, страсть и отчаяние, печаль и грусть без помощи слов. Наверное поэтому, немое кино часто сравнивают с балетом, в котором эмоции передаются при помощи движений, задевая самые потайные мета нашей души намного сильнее, чем слова.